1.

Туркмения сороковых годов — это пустыни. тополиные рощицы, вой шакалов ночами, слепящая голубизна небесного шатра, необычные красочные длинные до пят платья женщин, головные уборы смесь русских кокошников с индийскими или цыганскими шапочками с висящими надо лбом монистами металических кругляшек. Аромат саксаула, которым топили печи и запах пыли — сладкий аромат Туркмении.

— Евдокия, и где ты собираешься здесь петь? Оперный театр разве что в Душанбе есть, в чем я сомневаюсь.
— Буду петь ансамблем с шакалами, наверное, — пошутила женщина с тончайшей талией и высокой полной грудью — красавица! Она накрывала на стол обед, состоящей из наваристого бульона на баранине и ромбиков тонко раскатанного теста и десерта из сухих фруктов алычи, абрикосов, яблок и изюма, которые нужно было запивать айраном — кислым молоком, приправленным травами и разбавленным холодной водой.
— Думаю шакалы разбегутся, а люди соберутся. Твоё меццо-сопрано под этим небом и эхом пустыни — невероятное приключение для всего живого здесь.
— Давай попробуем, — проговорила женщина и выйдя за уличную дверь на улицу, запела чистым сильно голосом арию Кармен: «У любви как у пташки крылья».
Особенности оперного пения — особенная полётность звука, резонанс от глинобитных домиков из самана — кирпичей из глины и соломы, вызвало особенное состояние восторженности в глазах мужчины. Женщина провернулась вокруг себя движением цыганки Кармен и склонилась в низом поклоне — присесте как перед зрительным залом.
— Ну что я могу сделать, Дуня, переедем как только сможем туда, где есть оперный театр.

2.

Прошли годы и принесли изменения не только в жизнь семьи, но в жизнь и их сына. Консерватория по специальности «оперное пение» вдруг принесла неожиданные открытия. В начале то, что люди имеют разные характеры, и эта разность проступает в их поступках. Потом, что эти поступки, несмотря на их типичность, выявляют то глубокий ум, то глупость — так практическое узнавание типов людей среди персонажей опер — вдруг сформировало понимание того, что есть какие-то ступени в усложнении психики человека к лучшему и что имея малое в себе можно самому развивать в себе иное и большее, более совершенное.

— Владимир, Вы трактуете образ Кончака в опере Бородина, как добрейшего существа, — говорил профессор Остров, но это — неверно. Да, Кончак заявляет «ты — не пленник мой, а гость дорогой и и я уважаю тебя», но Игорь — пленник, хитрость Кончака в этом заявлении, а не благородство — ценить мужество врага.

Владимир спел Кончака, спел князя Игоря, его голос позволял найти оттенки для каждого образа, но в ходе создания этих образов он понял суть: человек может рассматривать и понимать особенности другого человека и может сам себя строить таким как выбрал, каким быть самому.

— Выдумываешь ты философствуешь — шире, чем брюки позволяют — не шагнёшь, — увещевал его тенор Симонов, хороший тенор — Ленского пел «Куда, куда вы удалились», а после С. Лемешева, петь эту арию считалось бесстыдством — Лемешев создал совершенство.Хотя позже итальянец Арнольдо Вилазон и испанец Плачидо Доминго спели арию Ленского по-новому и тоже совершенно.
— Каждый выбирает жизнь по-своему: один соизмеряет свои возможности развития жизни с шириной шага брюк, другой с потребностями своей души.
— Ну да. Конечно, тебе нравится партия Кармен, я знаю, но ты её не споёшь, «бо ты мужчина».
— Ограничения развития себя себя нового есть, я знаю, но в октаве семь нот — не меньше и в возможностях человека становиться лучше, чем вчера. У японцев есть поговорка: не сравнивай себя с другими. думай о том. лучше ли ты сегодня, чем вчера.
— Умные японцы, ничего не скажешь, и что это им дало? Бомбы американцы свалили на них, а не в другое место…
— А что за единицы измерения человека и человечества у тебя? То брюки, то бомбы…